Из истории финансовых и денежно-кредитных отношений в Таврической губернии в период с февраля по декабрь 1917 года. Глава 7. Какой власти подчиняться?
Закрытие лечебных, общеобразовательных учреждений, полная антисанитария на улицах городов и уездов, то и там вспышки различных болезней, отсутствие медикаментов для их профилактики и лечения, и другие негативные факторы хозяйственной и социальной жизни, вызывали все большее недовольство населения в Крыму. Это недовольство активно использовалось большевиками для привлечения на свою сторону как можно большего числа рабочих, солдат и крестьян. 3 октября 1917 года в Симферополе состоялась 1-я Таврическая губернская партийная конференция, сформировавшая Таврический губернский комитет большевиков, под руководством которого началась подготовка к овладению большевиками власти в Крыму. Этому благоприятствовала и политическая обстановка, сложившаяся в центре, где шла активная подготовка к проведению большевиками вооруженного восстания под руководством вернувшегося из-за границы В.Ленина (Ульянова). Вооруженное восстание в Петрограде произошло 6-7 ноября ( по новому стилю) 1917 года, в результате которого в России свершилась Великая Октябрьская Социалистическая революция и власть перешла к большевикам.
В.И.Ленин – руководитель первого революционного правительства в России.
Чтобы захватить командные высоты в экономике и финансах одним из первых шагов революционной власти стал захват Экспедиции заготовления государственных бумаг и Государственного банка. По декрету от 14(27)декабря 1917 года национализировались все частные кредитные учреждения России, вводилась государственная монополия банковского дела. Бывшие частные банки и банкирские конторы сливались с Народным (бывшим Государственным) банком.
Чуть позже было объявлено об аннулировании всех внутренних и внешних займов, заключенных царским и Временным правительством и всех государственных гарантий по частным займам.
В.Ленин в докладе на Ш Всероссийском съезде Советов так определил мероприятия советского правительства по национализации банков: «переход к национализации банков – одна из первых мер, направленных к тому, чтобы не только исчезли с лица земли русской помещики, но и для подрыва в корне господства буржуазии и возможности гнета капитала над миллионами и десятками миллионов трудящихся». В Крыму этот постулат Ленина «о подрыве в корне господства буржуазии» был принят как некий лозунг советской власти на всех этапах ее установления.
Известие об октябрьской революции до Симферополя дошло 10 ноября (по новому стилю) 1917 года. В городах Крыма Советами и общественными комитетами были приняты резолюции, осуждающие переход власти к большевикам. И только в Севастополе в поддержку Петрограда на кораблях были подняты красные флаги. Но накал революционных страстей уже достиг и окраин империи, что отметил в своих воспоминаниях князь Оболенский, в середине ноября 1917 года вновь посетивший Крым. Вот так он описывает ситуацию в крае: «Власть в губернии была формально в руках комиссара Временного правительства, фактически же строй был анархический. Каждый город, каждая деревня управлялась своими комитетами, вернее же почти не управлялась, а жили остатками старого привычного порядка»… «Симферополь принял внешний вид Петербурга в первый период революции, улицы были сорны и грязны, покрыты бумажками и шелухой подсолнухов, которые в несметных количествах лузгали разнузданные солдаты, с утра до вечера лениво бродившие по улицам со своими дамами. Преступность росла не по дням, а по часам, а милиционеры, заменявшие старых полицейских, не способны были с нею бороться».
В финансово-банковской сфере Крыма приход к власти большевиков был воспринят, как временное явление, вроде «стихийного бедствия», и многие сходились на том мнении, что «это бедствие нужно переждать». Тем более что ощутимых отзвуков октябрьской революции в Крыму еще не было, хотя политическая обстановка в регионе была очень не простой.
В то время как в России уже принимались первые декреты советской власти, Крым оказался в состоянии безвластия: Временного правительства не существовало «уже», а большевистского – «еще». И этим воспользовались структуры местного значения, начав борьбу за власть в губернии.
20 ноября/3 декабря 1917 года русская буржуазия Крыма на губернском съезде представителей городских и земских самоуправлений в Симферополе для управления губернией избирает Совет народных представителей (СНП) в качестве исполнительного органа кадетско-эсеровского меньшевистского правительства. От банковских структур (и немецкого общества) в его состав вошел директор 1-го Симферопольского общества взаимного кредита Владимир Сергеевич Налбандов. Для решения финансовых вопросов при СНП был образован финансовый комитет, который возглавил К. К.Ворошилов. На 1-ой сессии СНП данному финансовому комитету было поручено изготовить для Крыма собственные боны, как «разменные денежные знаки», на сумму 25 млн. рублей под «гарантию СНП и имущества городских и земских самоуправлений».
Не признавая советской власти, СНП, однако, направляет в Петроград помощника управляющего Таврической Казенной палатой Попова, которому поручается ходатайствовать перед Центральным (советским) правительством, чтобы Крыму в срочном порядке были открыты для этих целей целевые кредиты и до выпуска собственных денег высланы денежные знаки. Для большей убедительности Попову даны особые полномочия: в случае необходимости от имени СНП предъявить правительству ультиматум- «если вопрос не будет решен положительно, то СНП откажется снабжать хлебом фронт и голодающие губернии».
Но, несмотря на ультиматум, ни денег, ни кредитов Крым не получил, чему способствовала и общая нестабильность как политического, так экономического и финансового положения в России. Не получив денег из центра, СНП так и не довел до конца вопрос о выпуске в Крыму собственных денег, хотя отделениям Государственного банка и органам казначейства было предложено «подготовиться к приему собственных (крымских) денежных знаков».
В этом же месяце в Крыму была создана и другая власть – крымско-татарская. 26 ноября/9 декабря 1917 года (по старому стилю) в Бахчисарае состоялся учредительный съезд крымско-татарского населения (Курултай), который избрал Директорию – «Национальное правительство» крымских татар. В программе действий второго крымского правительства также был выпуск собственных денег. Даже были изготовлены пробные образцы денег достоинством в 25 и 100 рублей по типу «керенок», но реализовать свои намерения эта власть также не смогла из-за отсутствия финансовых ресурсов и из-за кратковременности своего существования.
Участники учредительного съезда крымско-татарского народа (Курултай). 1917 г
Задачи данных правительств были разные, общим была глубокая антипатия к большевикам.
Каждая власть (в период «безвластия») поставила себе целью подчинить своим требованиям отделения Государственного банка в Крыму, как главный рычаг финансового контроля и власти:
7 декабря (по новому стилю) 1917 года отделениям Государственного банка Крыма за подписью Таврического комиссара было направлено письмо, в котором сообщалось о создании в Крыму нового правительственного органа для управления губернией – СНП и предлагалось «всецело подчиняться распоряжениям СНП и никакой другой власти не признавать».
12 декабря 1917 г. Симферопольское отделение Госбанка посетил директор финансов и вакуфов Татарского национального правительства С.Д.Хаттатов для решения вопроса о выпуске денежных знаков и подчинении банка требованиям татарского правительства.
С.Д.Хаттатов- директор финансов и вакуфов Татарского Национального правительства в 1917 г
В этот же день все отделения Госбанка в Крыму получили телеграмму из Петрограда от Комиссара Народного (бывшего Государственного) банка Советской России Г.Пятакова, в которой в категоричной форме предлагалось банкам: «неукоснительно выполнять только распоряжения управляющего банком В.В.Оболенского. В противном случае саботажники подлежат суду революционного трибунала».
Так банки в Крыму оказались между «молотом и наковальней» - неподчинение требованиям одной власти, грозило серьезными последствиями от другой.
В деятельность крымских отделений Государственного банка пыталась вмешиваться и Украина. В ноябре 1917 года Центральная Рада приняла Ш Универсал, в котором провозглашалась независимая Украинская Народная Республика «без Крыма», то есть с включением в состав УНР трех северных уездов Таврической губернии. Решение Рады об аннексии Мелитопольского, Бердянского и Днепровского уездов вызвало всеобщее возмущение в Крыму, исключая татар и большевиков. Общее недовольство аннексией северных уездов высказали и банковские структуры Крыма, связанные с этими уездами тесными кредитными взаимоотношениями. На территории этих уездов находилось большое количество учреждений кредитной кооперации, кредитная поддержка которых осуществлялась преимущественно Симферопольским и Севастопольским отделениями Госбанка и значительная часть которых на дату объявления аннексии оказалась непогашенной.
Не имея «территориальных» претензий к Крыму, Украина в тоже время слала в Крым циркуляры разного характера, в том числе и по вопросам банковской деятельности. Но банковскими кругами Крыма, с подачи местных властей, требования Украинского правительства игнорировались.
14 декабря 1917 года в Симферополе в экстренном порядке был созван съезд делегатов учреждений Государственного банка Крыма, которые пытались разобраться (задача поистине не выполнимая) в политической и экономической ситуации в Крыму, определить направление деятельности банков и решить: «Какой власти подчиняться?» Отделения Государственного банка в Крыму считали несостоятельными обе власти, не говоря уже о третьей – советской. Вот так это прозвучало в тексте выступления управляющего Симферопольским отделением Госбанка Л.С.Суворина: «Что касается указаний местных властей, то пусть они сначала между собой договорятся, а мы должны работать не по их указаниям, а по уставу. Что же касается указаний центра о подчинении требованиям комиссаров советской власти, то о ней и говорить не стоит – такой власти у нас нет и, дай бог, не будет».
На несостоятельность местной власти, несмотря на существование двух ее структур, так же как и банковские служащие, указывает и А.И.Деникин в своих «Очерках русской смуты»: «Одинаково шаткою была опора обоих правительств. Оба правительства одинаково трепетали перед перспективой большевистского нашествия и заключили соглашение о взаимной поддержке против большевиков».
Непредвиденных действий большевиков побаивались и банки, опасаясь за сохранность ценностей и безопасность служащих. Л.С.Суворин неоднократно обращался к местным властям с просьбой «усилить караул отделений Государственного банка для оказания сопротивления в случае их захвата», что было вызвано не столько событиями в Петрограде, сколько событиями в самом Крыму. В Севастополе матросы Черноморского флота еще в ноябре 1917 г. под влиянием большевистских агитаторов взяли власть в свои руки. А в декабре там начались повальные убийства и грабежи, навевая страх и ужас на весь Крым. Потому опасения банкиров были не напрасными.
В виду ожидаемого выпуска собственных бон (надеялись до последнего) было решено созвать съезд представителей всех банков Крыма, как государственного, так и коммерческих. Проведение организационных мер по созыву объединенного съезда банков приняло на себя Симферопольское отделение Госбанка, разослав участникам съезда приглашение на 17 декабря 1917 года. Но дальнейшие политические события в Крыму не позволили этого сделать. В Крыму началась первая волна «советизации» и «красного террора». Были ли служащие крымских банков или других финансовых органов объектами этого террора? Это еще предстоит выяснить, так же как и дальнейшее состояние денежно-кредитных отношений на территории Крыма.
В это время в Центре Советская власть искала пути выхода России из войны. СНК и НКИД обратились к правительствам стран Антанты, Четвертого Союза и США с предложением приступить к немедленному обсуждению возможности заключения всеобщего перемирия. Антанта и США не приняли предложений большевиков. Германия же и ее союзники заявили о своей готовности вступить в переговоры. Переговоры начались 3 декабря 1917 года в Брест-Литовске, а 15 декабря 1917 года был подписан договор о перемирии между Россией, с одной стороны, и Германией, Австро-Венгрией, Турцией и Болгарией, с другой стороны. Перемирие устанавливалось с 17 декабря 1917 года по 14 января 1918 года, то есть на 28 дней. Начинался кратковременный период « ни войны, ни мира».